На совместном заседании думских комитетов 9 ноября по подготовке к рассмотрению Госдумой основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2027 год и период 2028 и 2029 годов председатель Банка России Эльвира Набиуллина рассказала, почему без гибкости рынка труда структурная перестройка экономики будет идти с большим трением. Подробности — в материале «Парламентской газеты».
Инвестиционный цикл замедлился
Банк России контролирует ситуацию и с начала года начал снижать ключевую ставку, которая к лету уменьшилась с 16 процентов до 14. Однако во второй половине 2026 года инфляционные процессы активизировались, и регулятор был вынужден замедлить снижение ставки, напомнил председатель Комитета Госдумы по финрынку Анатолий Аксаков.
«Рост инфляции осенью настораживал, в том числе и меня. Был сигнал о том, что Центральный банк может принять даже более жесткие решения и повысить ключевую ставку. Слава богу, этого не произошло, и надеюсь, что не произойдет, поскольку недельная инфляция, которую ЦБ постоянно отслеживает, показывает, что в последнее время показатели начали улучшаться», — сказал Аксаков.
По его словам, в ходе дискуссии с представителями Банка России депутаты сконцентрировались на четырех ключевых вопросах.
«Мы понимаем, что надо бороться с инфляцией и держать ее под контролем, но народ, депутаты, вся страна ждут начала экономического роста. Два года мы наблюдаем очень низкие темпы. К сожалению, инвестиционный цикл, который наблюдался в последние годы, тоже замедлился. В этом году инвестиционные процессы ведут себя, мягко говоря, очень вяло. Мы ожидали, что в этих низких темпах роста будет происходить процесс структурной перестройки экономики, который в будущем обеспечит необходимые для страны темпы роста. Соответственно, возникает вопрос: каким образом оживить этот инвестиционный цикл? Что может сделать Центральный банк в этом направлении? Понимаю, что это не главная задача ЦБ, но все ждут, чтобы этот процесс запустить, потому что наша страна крайне нуждается в структурной перестройке, а это связано с инвестициями», — подчеркнул Аксаков.
Почему ставка так высока
При этом следует внимательно наблюдать за инфляционными процессами. Сегодня ключевая ставка (14 процентов) намного выше инфляции. Если брать устойчивую часть инфляции — без временных разовых факторов — она оценивается в 5-6 процентов. Разрыв составляет 8-9 процентных пунктов, тогда как в других странах он обычно равен 1-3 пунктам. Не означает ли это, что денежно-кредитная политика чрезмерно жесткая?
«Этот зазор отражает два фактора, которых нет в тех странах, с которыми нас сравнивают, — пояснила Набиуллина. — Первый — это продолжительность инфляционного давления. Средняя инфляция с 2022 года составляет 8,7 процентов. То, что инфляция уже несколько лет выше цели, ведет к тому, что инфляционные ожидания людей и бизнеса закрепились на повышенном уровне. А высокие инфляционные ожидания требуют более жесткой денежно-кредитной политики».
По ее словам, пока люди ожидают двузначный рост цен, ставки по депозитам и облигациям не могут быть ниже этих ожиданий — иначе никто не будет сберегать или давать в долг на длительный срок.
Читайте также:
• Единое пособие намерены назначать по новым правилам • Кредиты, страховки, МФО: на что чаще всего жалуются потребители финуслуг
Второй фактор — большая доля льготных кредитов. «Чем больше эта доля, тем дороже должен быть кредит для всех остальных, — объяснила председатель ЦБ. — Инфляция отражает баланс спроса и предложения. Мы как центральный банк влияем на спрос через кредит. Другой большой канал формирования спроса — бюджетные расходы. Чем больше денег поступает в экономику через бюджетный канал, тем меньше должно поступать через кредитный, иначе будет высокая инфляция. А если большая доля кредита выбирается через льготные программы, то рыночная часть должна быть более ограниченной через высокие ставки».
Тем не менее, с июня прошлого года ЦБ существенно снизил ставку — с 21 процента до 14 процентов. К концу весны этого года спрос и предложение были практически сбалансированы, а устойчивая инфляция составляла чуть больше 4 процентов.
Структурные изменения и рынок труда
По словам Набиуллиной, дефицит кадров в стране несколько смягчился, но нет предпосылок для того, чтобы он полностью исчез в обозримом будущем. Особое внимание глава Банка России уделила теме производительности труда: «Обратите внимание на очень важные цифры. Инвестиции в первом полугодии этого года были почти на четверть выше, чем пять лет назад — в реальном выражении, в номинале рост вообще почти в два раза. А вот по части производительности успехи гораздо более скромные — рост только на пять процентов».
И здесь нужно понимать, что рост производительности зависит не только и не столько от объема инвестиций. «Производительность — это не только про число станков, глубину роботизации, число грузовиков. Это эффективное распределение производственных ресурсов в экономике, чтобы они концентрировались на тех направлениях, которые либо наиболее неотложные, либо создают наибольшую добавленную стоимость», — подчеркнула председатель ЦБ.
Набиуллина обозначила два направления повышения производительности. Первое — правильное распределение ресурсов.
«Если экономика работает с ограничениями физических трудовых ресурсов, это, наверное, не самое лучшее время настаивать на реализации тех проектов, рентабельность которых достигается только за счет дешевого финансирования. Это заведомо не самое рачительное использование имеющихся инвестиционных возможностей», — отметила она.
Второе направление — правильная организация производственных процессов на конкретном предприятии. «Это дает весомую прибавку производительности даже без капитальных затрат. Мы это видели, посещая такие предприятия, которые без больших вложений за счет правильной организации производства достигают роста производительности труда», — сказала председатель Центробанка.
Главной проблемой бизнес называет рост издержек. «На первом месте не высокие ставки, не налоги, не недостаток спроса, а то, что все дорожает: комплектующие, сырье, рабочие руки, логистика. А с высоким или, того хуже, ускоряющимся ростом затрат сложно планировать расширение производств. Так что, снижая инфляцию, мы облегчаем бремя для бизнеса и помогаем ему увереннее смотреть вперед», — подытожила Эльвира Набиуллина.